В конце июля 1612 г. ополчение под предводительством Минина и Пожарского, которое начало формироваться в Нижнем Новгороде, выступило из Ярославля на Москву. Столица была освобождена к концу октября.
Ярославский историк Андрей Васильченко поделился с «АиФ» неожиданной версией этого классического сюжета.
Дальше - Сперва моё внимание привлекла речь, которую в своё время на нижегородской площади произнёс Кузьма Минин. Летописные источники сохранили слова, позже растиражированные историками: «Не жалеть нам имения своего, не жалеть ничего, дворы продавать, жён и детей закладывать». Бросается в глаза намерение Минина кому-то «продавать» и «закладывать» движимое и недвижимое имущество. Не надо быть военным специалистом, чтобы понять, что войско нельзя собрать, обладая лишь утварью, дворами и жёнами. Для этого нужны деньги, провиант и оружие. К тому же «продать» и «заложить» что-либо можно только третьей стороне.
О ком же идёт речь?
С конца XVI века Ярославль являлся центром, где были сосредоточены английские торговые фактории. Англичане, ещё во времена Ивана Грозного проложившие путь в Россию через Белое море, рассматривали нашу страну как удобную торговую площадку. Весь свой бизнес они вели через Ярославль, откуда товары с одной стороны можно было посылать вниз по Волге, а с другой — направлять на Москву. Набеги поляков и союзных им казаков, оставлявших после себя пепелища и разорённые города, не вписывались ни в планы английских купцов, ни в планы Англии в целом.
Вырисовывается предельно простая схема: английские торговцы при посредничестве ярославских купцов выразили готовность на определённых условиях субсидировать ополчение. Пока Минин с Пожарским стояли в Ярославле, в Архангельске высадился английский отряд из 200 хорошо вооружённых наёмников. Судя по всему, он сопровождал большую казну. Не встречая сопротивления, отряд двинулся на юг и в Переславле пересёкся с русским ополчением. Есть данные, что кроме денег князю Пожарскому передали ружья и пушки. Как бы то ни было, после этого ополчение, ранее не проявлявшее особой прыти, форсированным маршем двинулось к Москве и вскоре выбило оттуда поляков.
Однако для сделки такого масштаба был нужен гарант — лицо, отвечающее за соблюдение всех условий. В глазах англичан на Руси тогда был только один подходящий на эту роль человек — Фёдор Никитич Романов, насильно постриженный при Борисе Годунове в монахи под именем Филарет. Ранее при дворе он возглавлял Московскую торговую компанию, отвечавшую за все связи с Англией, в том числе за внешнюю торговлю. Филарет, однако, сидел тогда в польском плену, так что роль гаранта пришлось взять на себя его 16-летнему сыну Михаилу. С этим связан довольно странный факт предложения именно ему, не самому родовитому аристократу, шапки Мономаха Земским собором 1613 г.
Но долг, как известно, платежом красен. При Михаиле Фёдоровиче Ярославль фактически был освобождён от налогов, а ярославские купцы провозглашены «гостями государевыми», что было величайшей похвалой и наградой для торговых людей. В руках ярославских купцов оказалась сосредоточена всероссийская торговля солью, рыбой, мехами, а также они ведали поставками к царскому двору.
Английские же купцы фактически получили монополию на внешнюю торговлю с Россией. Такое положение сохранялось в течение всех 30 с лишним лет правления Михаила Фёдоровича. А вот заслуги Минина и Пожарского были отмечены куда скромнее. Первый получил крошечное имение, второй — незначительную должность по дипломатической линии.
Но следующий царь Алексей Михайлович Романов взошёл на трон в 1645 г. с убеждением, что властью своей он обязан не каким-то ярославским купцам и английским деньгам, а исключительно Господу Богу. С первыми поступили просто: представителей крупнейших купеческих династий Ярославля — Гурьевых, Светешниковых и других — обвинили в неуплате налогов и вскоре сжили со свету. Их дети отписали бизнес в государеву казну.
С англичанами было сложнее, но и на них нашли управу. В 1649 г. в ходе английской революции головы лишился король Карл I Стюарт, сын Якова I, при котором была заключена «ярославская сделка». В Москве сказали примерно следующее: «Мы привилегии обещали Стюартам, но раз теперь их нет, а есть какой-то Оливер Кромвель, то и привилегий нет. Гоу хоум».
И англичане пошли... торговать с Россией на общих основаниях. Следы той истории нужно искать в английских архивах в виде документов о займах, равно как и в намерении Англии (был и такой проект!) в случае невыплаты денег установить протекторат над некоторыми русскими территориями.
Л.Гумилев приводил следующую цитату -
"Поелику оные аглицкие немцы своего Богом данного короля Каролуса воровским образом до смерти убили, Государь и Великий Князь Всея Руси повелел оных аглицких немцев в Русскую землю не пущать".
Однажды на площади появился человек в форме мясника и закричал:
- Заложим жен и детей и выкупим отечество!
- Заложим! - загудела толпа. Кузьма Минин заложил (впоследствии оказалось, что это был он), пересчитал деньги и сказал:
- Маловато!
И, воодушевившись, снова воскликнул:
- Продадим дворы и спасем отечество!
- Продадим! - снова загудела толпа. - Без жен и детей дворы ни к чему.
Тут же наскоро стали продавать дворы и вырученные деньги отдавали Минину.
Кто покупал дворы - никому из историков не известно. А может быть, известно, но из стыдливости они это скрывают. Полагают, что была основана тайная патриотическая компания по скупке домов и имущества.
"Странно, - замечает один иностранный историк, имя которого мы дали слово держать в секрете. - Всех принуждали продавать дома; кто не хотел добровольно продавать дом, того принуждали. Как же в такое время могли появляться люди, которые осмеливались покупать дома?"
Не будем объяснять иностранным историкам то, чего они но своему скудоумию понимать не могут, и вернемся к Минину."
(С) "Всеобщая история, обработанная "Сатириконом"
Посетите также мою страничку
daemin.kr/bbs/board.php?bo_table=free&wr_id=635... порядок открытия физическими лицами счетов в иностранном банке
33490-+